Состояние, динамика и структура преступлений, совершаемых в сфере экономики.


Современные тенденции развития экономической преступности

 

В условиях дестабилизации социально-политической обстановки, нарастания кризисного состояния народного хозяйства широкое распространение получили преступления в сфере экономики. Хищения, взяточничество, коррупция поразили практически все отрасли народного хозяйства. Наиболее значителен рост преступных проявлений на тех участках, которые заняты удовлетворением жизненно важных потребностей населения, в частности в торговле и бытовом обслуживании, на транспорте, в сфере кредитно-финансовых отношений, строительстве, внешнеэкономической деятельности, в негосударственных структурах хозяйствования.

Экономическая преступность как самостоятельное понятие, обозначающее сложное, внутреннее противоречивое социальное явление, появилось в криминологии сравнительно недавно.

В 70-80-е годы хищения социалистического имущества, совершаемые различными способами, как основной вид экономической преступности включались в единую группу корыстных и корыстно-насильственных преступлений, куда входили и посягательства на личное имущество с целью паразитического обогащения1. Затем преступления против социалистической собственности, совершаемые с использованием служебного положения, были выделены в самостоятельный вид преступного поведения2. Такой подход оправдывался исключительным положением государственной собственности в системе производственных отношений, но перестал отражать современные реалии. Переход к многоукладной экономике на основе равенства всех форм собственности, в том числе и частной, видоизменил не только социальный портрет лиц, совершающих хищения и другие корыстные преступления, но и структуру противоправных деяний.

В этой связи предпринимаются попытки отождествления экономической преступности только с бизнесом, т. е. ведением дела в противоправных формах с целью незаконного обогащения, что соответствует господствующим представлениям стран рыночной ориентации1. Однако не учитываются важные специфические особенности переходного периода России, где бизнес, по уровню криминогенности вышедший на первое место в мире, тесно переплетен с коррупцией, пронизывающей все сферы государственного управления. Разработка мер предупредительного характера вне этого дестабилизирующего фактора вряд ли способна оказать серьезное влияние на формирование общеобязательных правил поведения на рынке, становление надлежащего правопорядка в экономике.

1 Свенсон Б. Экономическая преступность. - М.: Прогресс, 1987. - С.29

Поэтому при определении групп преступлений, образующих экономическую преступность2, интегрирующим признаком можно считать причинение вреда охраняемым законом экономическим интересам всего общества и граждан вследствие совершения хищений, хозяйственных и корыстных должностных преступлений. Отличительная особенность экономических преступлений состоит в том, что они совершаются специальным субъектом, а не посторонними для объекта управления людьми, включенными в систему экономических отношений, на которые они посягают.

2 Яковлев A.M. Социология экономической преступности. - М.: Наука, 1988. -С.50.

Анализ преступности в сфере экономики целесообразно вести по нескольким самостоятельным направлениям, обусловленным конкретной криминологической ситуацией переходного периода от административно-командной к преимущественно рыночной (автоматической) регуляции хозяйственных процессов.

Как показывают исследования, криминологическая ситуация в экономике переходного периода определяется: 1) совокупностью отражаемых судебной статистикой различных форм хищений государственного и общественного имущества, взяточничества, спекуляции, злоупотреблений служебным положением и др.; 2) наличием значительного количества скрытой или так называемой латентной экономической преступности, не известной правоохранительным органам; 3) появлением вызванных реформой новых форм экономического поведения, которые в общественном сознании расцениваются не просто как нежелательные, но опасные и нуждающиеся в запрете, в том числе под страхом уголовной ответственности.

Интенсивность преступных проявлений в экономике, согласно статистическим данным, весьма разнообразна. Благодаря наличию скрытой (латентной) преступности статистическая характеристика зарегистрированных преступлений, объединяемых общим понятием экономическая преступность, является неполной и по ряду объективных причин скорее отражает направление усилий подразделений по борьбе с экономическими преступлениями органов внутренних дел по выявлению различных форм паразитического обогащения.

За последние четыре года число выявленных преступлений названными службами сократилось на 13%. Значительно упал показатель регистрации мелких хищений (на 12%), должностного подлога (на 10%), должностной халатности (на 11%). Одновременно наблюдается рост выявления крупных и особо крупных хищений (на 10%), взяточничества (на 31%), фальшивомонетничества (на 15%).

Наметившаяся тенденция роста выявляемых экономических преступлений сохранилась и в 1993 г. Так, крупные и особо крупные хищения, а также взяточничество увеличились почти наполовину, а фальшивомонетничество - более чем в 8 раз. Особенно возросло число зарегистрированных фактов нарушения правил о валютных операциях, превысив уровень 1992 г. на 169%.

Фактически темпы роста экономических преступлений значительно превышают динамику их выявления. По некоторым экспертным оценкам, латентность взяточничества колеблется в настоящее время от 95 до 98%, хищений государственного имущества - от 50 до 80%.

Серьезную обеспокоенность вызывает криминальная ситуация на рынке потребительских товаров и услуг. Незаконное предпринимательство, фальсификация товаров, ставящих под угрозу не только здоровье, а порой и жизнь потребителей, обман покупателей, незаконное повышение или поддержание цен отмечаются в каждом четвертом случае от числа всех зарегистрированных в сфере экономики преступлений. По сведениям ГУЭП МВД Российской Федерации вне государственного контроля за неполный год реализовано более 30 млн. дкл спирта. От незаконного оборота спирта государство недополучило более половины причитающихся акцизных сборов.

Масштабы незаконного предпринимательства приобретают губительный для общества характер. Более 20% розничного товарооборота падает на неорганизованную торговлю, аккумулирующую до 30% наличных денежных средств. По некоторым оценкам, только в 1992г. из предприятий государственной торговли в сферу свободного предпринимательства было перераспределено товаров на общую сумму 1 трлн. 400 млрд. руб., реализованных населению по завышенным ценам.

Растет количество забракованных Госторгинспекцией товаров, причем реализация продуктов питания, не соответствующих требованиям Закона о сертификации товаров и услуг, увеличилась с 2 до 9 раз. Широкое распространение получил незаконный алкогольный бизнес, связанней с фальсификацией вино-водочной продукции. Достаточно сказать, что незаконная нажива всего по пяти уголовным делаем составила более 450 млн. руб. Отсутствие надлежащего государственного контроля за качеством товаров и соблюдением дисциплины цен делает этот вид преступлений привлекательным для недобросовестных коммерсантов, а общество ставит в зависимость от степени деморализации новоявленных богачей.

По масштабам причинения вреда особую группу экономических преступлений составляют злоупотребления в сфере кредитно-денежных отношений.

Россия - единственная из всех стран постсоциалистического развития, переходящих на рыночный способ саморегуляции, породившая феномен обналичивания денежных средств. Он предполагает возможность за определенное вознаграждение (30-40%) от суммы наличных перевести из государственного сектора экономики на счета коммерческих структур по сговору с первыми определенные средства в виде денежной наличности. Впервые хищения, связанные с обналичиванием, были опробованы кооперативами и, не встретив должного противодействия со стороны государства, успешно функционируют и поныне. В период наивысшей активности кооперативов (1989-1990 гг.) с помощью этих хозяйствующих субъектов было снято со счетов государственных предприятий более 50 млрд. рублей. По негативным последствиям для бюджета страны эта операция соотносима лишь с антиалкогольной кампанией.

В настоящее время только в г. Москве по состоянию на 01.01.94 г. ежедневно в среднем обналичивается до 40 млн. руб. Массовый характер приобрели хищения денежных средств с помощью подложных авизо. По данным Центрального банка Российской Федерации, в 1993г. удалось предотвратить хищений на 1 трлн. руб. Об истинной распространенности завладения мошенническим путем денежными средствами судить из-за отсутствия данных сложно, однако влияние этих процессов на инфляцию несомненно. Эксперты полагают, что оно колеблется от 20 до 30%.

Невосполнимый ущерб общественным интересам наносится правонарушителями во внешнеэкономической деятельности. Общепризнано, что каждый второй доллар валютной выручки России оседает за границей. Так, в 1993г. не менее 15-20 млрд. долларов из 46 млрд. долларов экспорта России остались за ее рубежами.

Свидетельством масштабов других видов потерь служат данные Государственного таможенного комитета об экспорте стратегически важных ресурсов. Вывезенное в соответствии с лицензиями коммерческими структурами в 1991 г. сырье оценивается в несколько миллиардов долларов, тогда как товаров за тот же период ввезено всего на 65,8 млн. долларов.

За последние 1,5 года закончено расследование более 6 тыс. уголовных дел о преступлениях, связанных с незаконным вывозом сырья. Потери от необоснованных льгот, по данным МВЭС (Министерства внешнеэкономических связей), в 1991-1992 гг. от недоплаты экспортных пошлин равнялись 2,2 млрд. долларов, а от импортных - соответственно 300 млн. долларов.

Значительные средства переводятся из России на счета зарубежных банков от неправомерных сделок, нередко сопряженных с хищениями государственного имущества, взяточничеством. Зарубежные партнеры серьезно озабочены притоком в их банки средств, добытых преступным путем, легализацией теневого капитала, подрывающих традиции честного бизнеса и провоцирующих вседозволенность как способ накопления капитала.

Высокую криминогенную активность отличает вся среда реформирования собственности путем приватизации государственных и муниципальных предприятий. Наибольшее распространение здесь получили: занижение стоимости приватизируемых объектов, устранение нежелательных конкурентов, приобретение недвижимости путем незаконного отчуждения государственного имущества во всевозможные акционерные общества и товарищества с участием физических лиц, неоднократная переуступка, а в ряде случаев и ложное банкротство хозяйствующих субъектов, в уставной капитал которых передано государственное и муниципальное имущество. Противоправное завладение государственным имуществом чаще всего осуществляется путем номенклатурной приватизации, т. е. организационного слияния прежних органов власти и хозяйственного управления с самостоятельными товаропроизводителями, и директорской модели приватизации, отторгающей трудовой коллектив в качестве совладельца прежней государственной собственности. Номенклатурная и директорская модели приватизации наносят ощутимый вред общественным интересам, подрывают доверие населения к самой идее приватизации, призванной содействовать формированию слоя собственников в России - опоры экономической демократии. Исследования показывают наименьшую защищенность от злоупотреблений федеральной собственности.

По данным Госкомстата Российской Федерации, отношение начальной цены приватизируемых объектов к продажной в отношении муниципальной собственности выражается как 1 : 7, собственности территорий (краев, областей, национально-государственных образований) - соответственно 1 : 4, федеральной собственности - 1 : 2. В среднем стоимость одного приватизированного предприятия, находящегося в муниципальной собственности, составила 8 млн. руб., соответственно территорий -16 млн. руб., федеральной - 52 млн. руб. (в ценах 1993 г.)

В целом по Российской Федерации на статистическом уровне наметилась отрицательная криминологически значимая тенденция: слабое использование сугубо коммерческих способов (например, аукционного) продажи государственного имущества. По коммерческому конкурсу в 1992г. продано 43% предприятий, в 1993 - 30%, на аукционе соответственно 16 и 7%. Прямые потери бюджета в совокупности с иными, характеризующими ненадлежащее исполнение должностными лицами обязанностей по обеспечению законности, свидетельствуют о расширении зоны возможных злоупотреблений, сговоре продавцов и покупателей, о манипулировании процедурами приватизации в достижении корпоративных интересов. Как показывают прокурорские проверки, корыстные устремления не встречают необходимого противодействия как со стороны специальных органов, наделенных государством полномочиями по осуществлению приватизации (комитетов по управлению государственным имуществом, фондов имущества), так и правоохранительных органов.

К примеру, в 1993 г. по фактам злоупотреблений в процессе приватизации МВД Российской Федерации возбуждено более 3700 уголовных дел, 90% из них падает на мошенничество с приватизационными чеками (3342).

Между тем опрос 114 работников МВД и МБ Российской Федерации показал1, что респонденты субъектами правонарушений в процессе приватизации в 54% случаев считают должностных лиц местной администрации; в 34% - должностных лиц комитетов по управлению имуществом. Иначе говоря, более чем в 2/3 случаев незаконная приватизация так или иначе связана со злоупотреблениями по службе.

1 Устинов B.C. Правонарушения в процессе приватизации /Тезисы и материалы выступлений “За честный бизнес”. - М., 1994. -С.14.

Признаками, свидетельствующими о наличии коррупционных связей являются: включение в состав учредителей или акционеров родственников и знакомых должностных лиц органов власти и управления (59%); необоснованное затягивание рассмотрения заявки на приватизацию (32%); завышение материального износа приватизируемого имущества (35%); явно заниженная сумма выкупа арендованного имущества (28%) и др. Несомненно, негативное воздействие на правоприменительную практику в процессе приватизации оказывает отсутствие специальных норм уголовного законодательства, предусматривающих ответственность за умышленное нарушение общеобязательных правил приватизации, хотя по темпам, масштабам и социальным последствиям преобразования государственной собственности Россия не знает себе равных в мировой практике.

Сравнительно новым для отечественной хозяйственной практики является такой вид преступлений, как сокрытие доходов (прибыли) или иных объектов налогообложения. Данное правонарушение, криминализованное Законом Российской Федерации от 2 июля 1992 г., отличается как значительной распространенностью, так и повышенной общественной опасностью. В одном только 1992г. было выявлено 14 тыс. нигде не зарегистрированных предприятий, а следовательно, и не несущих бремени расходов общества на выполнение необходимых социально значимых функций.

Проверками в 1993г. установлено, что каждый четвертый проверяемый нарушает налоговое законодательство. Подразделениями налоговой полиции совместно с налоговыми инспекциями пресекается за год более 12 тыс. налоговых правонарушений. Благодаря этому государственная казна пополнилась в 1993г., например, более чем на 400 млрд. рублей и 130 млн. долларов США. По фактам злоупотреблений возбуждено около 4000 уголовных дел по ст. 162 ч. 2 и 3 УК РФ. Преступные ухищрения по утаиванию доходов насчитывают уже более 300 способов. Помимо сбора налогов и контроля за доходами населения, налоговой полицией вносится определенный вклад в борьбу с теневой экономикой и организованной преступностью.

По способу совершения хищения делятся на две группы:

-  отражаемые на балансе предприятий, организаций в виде недостачи товарно-материальных ценностей;

-  не показываемые в учетных документах операции с товарно-материальными ценностями и денежными средствами.

Расбалансированность потребительского рынка, разрушение создаваемых десятилетиями хозяйственных связей, инфляция сделали предпочтительными для современной экономической практики обменные операции “товар на товар”, что в свою очередь сказалось на изменении предмета хищений. По данным МВД, в последние годы значительно (почти на 40%) увеличилось число краж сырья и материалов с предприятий легкой и местной промышленности для их последующего перераспределения.

Криминологические исследования свидетельствуют и о существенном изменении способа противоправного завладения имуществом. Послевоенный период хозяйственной практики характеризовался нарастанием ухищренности приемов, направленных на сокрытие преступлений, отчего наибольшие трудности представляло выявление хищений, т. е. распознавание товарно-денежных операций как преступных в ряду обычных действий должностных и материально-ответственных лиц.

В настоящее время возрастает число примитивных, даже вульгарных форм посягательств на экономическую систему, носящих как бы открытый, откровенно циничный характер и не требующих высокой профессиональной подготовки, знания специфики бухгалтерского учета, технологии производства.

Сказанное наглядно проявляется в сфере договорных обязательств. Используя принцип свободы договора, недобросовестные предприниматели нередко вступают в хозяйственные отношения с обманной целью, не помышляя о надлежащем выполнении условий договора. Сначала завладевают авансовыми средствами, а затем пускают их в оборот, получая значительную выгоду. При наступлении сроков выполнения договора злоумышленники выплачивают неустойку. В ряде случаев в мошеннических целях создаются лжехозяйствующие субъекты, которые по получении предоплаты меняют местонахождение, создавая трудности в их розыске, часто противоправное завладение средствами контрагента осуществляется по подложным, похищенным у других фирм (или ликвидированных) документам.

В последние годы прослеживается устойчивая тенденция роста организованной преступности, свойственная хищениям в особо крупных размерах, взяточничеству. Несмотря на то, что доля этих видов преступлений в структуре всех иных форм преступных посягательств на экономическую систему невелика, их влияние на поведенческие реакции различных групп населения возрастает. “Организовываясь и специализируясь, устойчивые преступники обращают противоправную деятельность в единственный или дополнительный, но значительный источник средств существования”1.

Происходит сращивание расхитителей с ворами, грабителями, представителями общеуголовной преступности, с одной стороны, и активное взаимодействие с теневой экономикой, образующей фундамент экономической преступности - с другой.

1 Гуров А.И. Профессиональная преступность. Прошлое и современность. - М.,1990.-С.5.

Вместе с тем экономическую преступность нельзя отождествлять с организованной. Пересекающиеся интересы теневой экономики и организованной преступности придают устойчивость существованию преступных группировок расхитителей, расширяют их притязания на особую роль в руководстве такими экономическими процессами, как разгосударствление и приватизация.

Психологи полагают, что расхитители резко отличаются как от законопослушных граждан, так и от иных категорий преступников.

Характеризуя личность расхитителей, нельзя не заметить примерно равное соотношение мужчин и женщин (59,3% мужчин и 40,7% женщин), что соответствует общему распределению населения по полу (мужчин - 50,8%, женщин - 49,2%). Среди лиц, совершивших все преступления, соотношение женщин и мужчин в среднем 1 : 8. Наблюдающееся равновесие полов в экономической преступности обусловлено тем, что женщины традиционно чаще мужчин занимают должности, связанные с выполнением учетных, бухгалтерских функций, обслуживанием товарно-материальных ценностей в торговле, сфере бытового обслуживания.

Из руководящих работников, которые в организованных хищениях достигают трети всех осужденных, напротив преобладают мужчины. Еще более высок процент мужчин среди лиц, осужденных за взяточничество (68,8%), что прямо связано с выполнением специальных исполнительно-распорядительных функций, свойственных управленческому звену.

По данным криминологических исследований, каждые два из трех осужденных за экономические преступления имели среднее, средне-специальное и высшее образование.

Для должностных, хозяйственных преступлений и служебных хищений свойственно совершение преступления впервые. Ранее судимые за взяточничество среди всех осужденных не превышают 4%, таков же уровень ранее судимых за спекуляцию.

В отличие от служебных хищений для должностных преступлений групповой характер не является столь значительным. Доля лиц, совершивших взяточничество в группе, составляет около 8%. Этот показатель несколько выше среди выявленных лиц, совершивших спекуляцию (11%).

Социальный состав осужденных за хищения, должностные и хозяйственные преступления различается в зависимости от места, занимаемого тем или иным лицом в иерархии управленческого аппарата.

Лица в возрасте 18-19 лет составляют около 1/4 в общем числе выявленных лиц, совершивших хищения. Основную же возрастную группу образуют лица 30 лет и старше (75%).

В криминологии различают: случайных преступников, совершивших хищение под воздействием тех или иных жизненных обстоятельств; лиц с укоренившимися привычками социального паразитирования, способных приспособить недостатки хозяйственного механизма для извлечения наживы (которые чаще используют, чем создают ситуацию, пригодную для изъятия имущества из государственных, общественных фондов); организаторов преступлений - лиц с большим опытом противоправной деятельности, циничных и умелых, исповедующих корпоративную мораль и не считающихся с общепринятыми правилами поведения.

Наличие собственных интересов в экономике продемонстрировал и нарождающийся слой отечественных предпринимателей, неоднородный по социальному составу, политическим пристрастиям, выбору способов достижения целей.

Особую опасность, с точки зрения криминологии, представляют три группы предпринимателей.

Первая - носители компрадорской идеологии, безразличные к национальным интересам России, смыкающиеся с недобросовестными западными коммерсантами, стремящиеся за счет вывоза капитала, невосполнимых природных ресурсов достичь желаемого ими западного стандарта потребления.

Вторая - предприниматели, заинтересованные в быстрейшем накоплении богатств, а потому предпочитающие инвестициям в промышленность спекулятивные сделки.

Третья - особая ветвь организованной преступности, претендующая на серьезное влияние в обществе.

И первые, и вторые, схожие в способах первичного накопления капитала, выступают не союзниками, а яростными противниками реформирования. Их устремления прямо противоположны надлежащему порядку в экономике, созданию равных возможностей для честного предпринимательства, не прокламируемой, а действительно равной правовой защите различных форм собственности.

Определяющей по-прежнему остается непроизводительная, паразитирующая на государственной собственности, посредническая, жиреющая на нищете народа ветвь предпринимателей. Для нее потеря позиций в экономике равносильна смерти. В то же время в экономике прогрессируют нестабильность, своеволие, граничащие с произволом со стороны аппарата управления, поскольку они не имеют ни внутренних, ни внешних предпосылок для перелома негативных тенденций.

Статистический портрет лиц, выявляемых за совершение спекуляции, представлен следующим образом: 18-29 лет -41,7%, 30 лет и старше – 57,1%. Преобладают мужчины (58,2%). Обращает на себя внимание значительный удельный вес трудоспособных неработающих лиц - 14,5%. Не многим менее половины -это рабочие (47,3%).

Что касается взяточничества, то здесь наблюдается преобладание служащих (51%) в возрасте свыше 30 лет (77,2%).

Побудительным мотивом занятия противоправной деятельностью в сфере экономики, как правило, выступает корысть, стремление к материальному благополучию, обладанию престижными, дорогостоящими вещами, пренебрежение интересами других людей в угоду удовлетворения личных амбиций, стремление приблизиться к западным стандартам потребления, занять высокое устойчивое положение в обществе, открывающее доступ к таким благам, которые недоступны рядовому труженику. В организованных хищениях значительная часть похищенного перераспределяется в виде взяток нужным людям.

Чаще других экономических преступлений выпуск недоброкачественной продукции совершается под воздействием целого ряда объективных факторов, не всегда зависящих от волеизъявления должностных лиц: устаревшее оборудование и отсутствие средств на его модернизацию; текучесть кадров на мало привлекательных работах и обязательства поддерживать заработок, обусловленный соглашением.